Художник В. Лебедев делает книгу.
С. Маршак. В. Лебедев. Багаж.

"Советский художник". М., 1982.

Ю. Герчук

Художественная критика о "Багаже"

На появление в 1926 году лебедевского "Багажа" критика 20-х годов отозвалась лишь немногими беглыми замечаниями. Видимо, эффект неожиданности, привлекавшей ее внимание к предыдущим работам художника в детской книге, уже исчез и непривычная прежде острота их графической формы не так бросалась в глаза.

Зато в позднейшие годы эта книжка, воплотившая в своих многочисленных вариантах развитие и изменение творческих принципов художника (а отчасти и советской детской иллюстрации в целом), не раз побуждала критиков к сопоставлению разных этапов этого пути, к поискам смысла и к оценке результатов этих перемен. В разное время интерес критики был сосредоточен то на особенностях изобразительного языка Лебедева, то на социальной направленности его работы и, наконец, на эволюции его художественных принципов. Оценки были весьма разноречивыми и далеко не все в накопившихся за долгие годы критических отзывах представляется сейчас справедливым. Однако их сопоставление поможет читателю яснее представить себе своеобразный путь искусства Владимира Васильевича Лебедева и ту художественную атмосферу, в которой оно развивалось.

1926


Очень забавен... "Багаж" С. Маршака с превосходной монтировкой В. Лебедева.

Медведев Павел.
Новинки "Радуги". - "Красная газета", Ленинград, 1926, 10 декабря.

В основу содержания взят очень плоский, очень распространенный не детский анекдот о "даме и собачке"... Текст очень загроможден иллюстрациями, также по духу совершенно чуждыми ребятам.

Должанская В.
Книга для дошкольников. - "Книгоноша", 1926, № 39, с. 29.

1929


В книжке "Багаж" - проблема иллюстративности еще больше заострена. В тексте - повторяющееся перечисление предметов, сданных в багаж, в иллюстрации - тот же повторяющийся мотив перечисления, почти "зрительный припев". Но когда текст подходит к основному моменту рассказа - появлению взъерошенного пса вместо крошечной собачки - художник оставляет обобщенность и схематичность предыдущих рисунков и отчетливо и остро рисует портреты обеих собак, чтобы подчеркнуть смехотворную разницу между ними.

Данько Е.
Иллюстрированная детская книжка в прошлом и настоящем. - "Книга детям", 1929, № 2-3, с. 31-32.

1930


Столь же художественно-педагогичны "Охота" и "Багаж"... Они знакомят ребенка с плоскостной композицией и демонстрируют передачу "фактур", материалов, нередко, особенно первая, при очень скупом пользовании краской.

Земенков Б.
Графика в быту. М., 1930, с. 48.

1939


Я вкусил прелесть ваших детских книг. Ведь я до сих пор еще ребенок, и я от души смеялся, читая повесть о собачонке. Творческое сотрудничество таких авторов, как С. Маршак и В. Лебедев, прелестно, и ваши переводы сохраняют всю прелесть оригинала.

Роллан Ромен.
Из письма к Алис Оран (Орановской), переводчице "Багажа" на французский язык. - "Литературная газета", 1939, 15 апреля 1958.

...Веселая и смешная книжка С. Маршака и В. Лебедева "Багаж", повествующая о злоключениях нэповской дамы. В рисунках Лебедева вещи из "багажа" кочуют со страницы на страницу вслед за повторами текста. С острым комизмом показан контраст между огромным взъерошенным псом и маленькой собачонкой...

Новым вариантам "Багажа" и "Усатого-полосатого" Лебедев придает черты нашего времени... Благодаря этому рисунки становятся более убедительными и близкими детям.

Сушанская В.
В.В. Лебедев как художник детской книги. - "О литературе для детей", вып. 3. Л., 1958, с. 149, 161.

1960


Социальная и эстетическая значимость работ Лебедева и Маршака как раз в том, что оба без малейшего нажима вводили ребенка в круг гуманистических понятий и идей, в круг эстетических принципов.

Но, скажут, такие книжки, как "Багаж", - просто милая шутка, ни у поэта, ни у художника и в помине и" было ставить перед собой столь высокие задачи! Да, и "Багаж", и "Вчера и сегодня", и "Мистер Твистер" кажутся шутливыми. Но только кажутся. Они обладают глубоким подтекстом. Хотели авторы того или нет (а судя по высказываниям их обоих, именно хотели), - они показали даже "самым маленьким" отвратительность таких черт, как жадность, трусость, корыстолюбие и т. д. Что из того, что они не назвали эти черты тяжеловесной формулой - "пережитки капитализма", - в детской книжке этот термин попросту неуместен.

Молдавский Дм.
Юность. Сила. Мастерство. - Нева, 1960, №6, с. 184.

1963


В.В. Лебедев Багаж М., 1965. Разворот.

В.В. Лебедев Багаж М., 1965. Разворот.

Лебедев призвал на помощь язык сатирической графики, и его "старорежимная" старушка1 и дама, капризно расшвыривающая сданные в багаж вещи, были не менее серьезным ударом по невыветрившемуся духу прошлого, по нэпманским обывательским замашкам, чем рисунки для взрослых из серии "НЭП". Воспитательное значение книги не только не снижалось сатирической формой рисунка, а лишь усиливалось ею. Даже то, что раньше было только формальным приемом, - раздельное, "перечислительное" изображение предметов, - приобрело здесь сатирическое звучание, как вызов мещанскому миру, в котором вещи порабощают людей.

Ганкина Э.3.
Русские художники детской книги. М., 1963, с. 103.

1967


... Есть у Лебедева книги, где он вдруг перестает доверять своему графическому языку, перестает, по-видимому, верить в его понятность. Таково, например, издание "Багажа" 1965 года. Впервые Лебедев сделал рисунки к этой книжке Маршака в 1926 году. С тех пор стиль его претерпел серьезнейшие изменения - и в целом к лучшему.

Иллюстрации двадцать шестого года сделаны в манере плакатного трафарета. В контурах их преобладают прямая и окружность, сами они плоскостные, условные, в сплошном цвете. Это еще не портреты в полном смысле слова, а будто бы цветовые тени вещей и фигур.

Уже эти иллюстрации были очень талантливы, но в дальнейшем Лебедев пошел по пути поиска именно портретной характерности... Путь Лебедева-иллюстратора детских книжек был... от плоскостной плакатности "Багажа", "Цирка", "Мороженого", от эскизности "Мистера Твистера" к "классическому" лебедевскому рисунку 30-40-х годов, объемному, плотному, с коротким и легким штрихом.

В рисунках 1965 года эта реалистическая портретность, может быть, уже граничит с натурализмом: возможно, это впечатление еще и от раскрашенности, которая выглядит излишней в графике Лебедева. То, что его рисунок черно-белый, кажется не обычной условностью графики, а намеренным самоограничением художника, умеющего всего в двух цветах передать множество световых - и даже цветовых - оттенков.

Но не это главное. Главное то, что Лебедев здесь отказался от своего "абстрактного пространства", от своих композиционных особенностей, когда между его портретами была строгая уравновешенность и скрытая взаимосвязь и не было явной сюжетности. В вариантах 20-30-х годов все перечисляемые вещи ("диван, чемодан, саквояж, картина, корзина, картонка") изображались отдельно; в последнем варианте они получили явную "сюжетную нагрузку": то их везут на тележке, то рядом с ними, сваленными в кучу, пересчитывающий их железнодорожник.

Во-первых, от этого пострадала знаменитая лебедевская портретность. Во-вторых, и живости рисункам это не прибавило - динамика не самая сильная сторона Лебедева. И если прежняя условность композиции была естественной, то эти новые жанровые картинки как раз условны. И иллюстративны - в плохом смысле слова.

В первом издании то и дело повторялись портреты вещей, расположенных свободными группами, - нам словно еще и еще раз предоставлялась возможность их пересчитывать. И это было точно: ведь и в стихах Маршака, напоминающих ритмом и повторами детскую считалку, мы не просто считаемся, но и в самом деле пересчитываем, соображаем, все ли на месте. И именно эта заинтересованная интонация (заинтересованная, конечно, не судьбой несимпатичной дамы, а самим происходящим) как будто заставляет маленького читателя вместе с непутевыми железнодорожниками загибать пальцы:

В испуге считают багаж...

Прежние рисунки подключались к этой интонации, входили в ту же игру. Новые - лишь "иллюстрировали".

Явная связь с сюжетом стихотворения оказалась внешней. Скрытая связь была внутренней.

Рассадин Ст.
Так начинают жить стихом. - М., 1967, с. 177-179.

1972


... Те же принципы варьируются в веселой и остроумной книге "Багаж", впервые вышедшей в свет в 1926 году и впоследствии неоднократно переиздававшейся. От Маршака идет ее лукавый юмор. От Лебедева - беспощадная социальная сатира. "Дама", которая сдавала багаж, не получает никакой характеристики в тексте. Мысль поэта конкретизирует художник. Тяжеловесный чемодан, тугой саквояж и картонка, пузатый диван и нелепая картина, изображающая самодовольного усача, появляются на каждой странице, меняясь местами, поворачиваясь боком или вверх дном. Лебедев показывает уродливый и мещанский набор неодухотворенных вещей и даже самое нэпманшу едва ли не превращает в предмет... "Багаж" - это сатира на нэп и его быт...

... Акварели к "Багажу"2 ... представляют собой попытку соединить принципы живописно-пространственной иллюстрации с некоторыми особенностями лебедевской графики 1920-х годов - и можно предположить, что тщетность и безнадежность таких попыток особенно наглядно выступила перед художником именно в этой работе.

Достаточно сопоставить первоначальный вариант рисунков к "Багажу" (1926) с вариантом 1955 года,- чтобы понять, чем жертвовал Лебедев, перестраивая свою систему, и какие новые качества развивались в его поздней книжной графике.

Разумеется, более всего бросаются в глаза перемены, внесенные в формальный строй изображения... Существенно то, что плоскостный и обобщенный рисунок первоначального варианта "Багажа" становится в новых иллюстрациях объемным, подчеркнуто предметным и детализированным. Правда, Лебедев со свойственным ему чувством меры нигде не преступал той грани, которая отделяет реализм от натурализма. Но искусство выразительного намека, каким была графика Лебедева в ее ранний период, превратилось теперь в искусство обстоятельного рассказа. Жертвуя лаконизмом формы и стремительной.динамикой ритмов, столь характерными для работ 1920-х годов, художник развернул на страницах новой книжки неторопливое повествование, не лишенное юмора, но вместе с тем наполненное типическими бытовыми подробностями. Эпизодические персонажи стихотворения Маршака - железнодорожник, мальчик с собакой и носильщик - получили в иллюстрациях внимательную бытовую характеристику. В сущности, только одна особенность прежнего графического решения "Багажа" осталась без изменений в новом варианте рисунков: сохранен условный белый фон, на котором развернуты изображения. Но объемным, реалистически трактованным фигурам персонажей этой книжки, быть может, больше подошло бы действовать в конкретно охарактеризованной пространственной среде.

Перерабатывая серию иллюстраций, сделанную в годы нэпа, художник перенес ее действие в наши дни. Главное действующее лицо рассказа - дама, которая сдавала багаж, - уже ничем не напоминает "свинченную из вещей" карикатурную нэпманшу, увековеченную в рисунках 1926 года. Почти исчез элемент социальной сатиры, когда-то вдохновлявшей художника. Он изобразил слегка смешную и вполне реальную, лишь несколько утрированно расфранченную женщину в модном пальто, меховых ботах и шляпке с цветами. Вещи, составляющие "багаж" и в ранней книжке тоже окарикатуренные, в новых иллюстрациях обрели обыденно-житейский облик. Вместо претенциозного пузатого урода нарисован обыкновенный диван, а нелепый портрет усача заменен стандартной рыночной пейзажной картиной. В новом варианте иллюстрации стали более бытовыми и познавательными, но утратили прежнюю выразительность и острую социальную направленность.

Петров В.Н.
Владимир Васильевич Лебедев. Л., 1972, с. 103, 230, 232.



Примечания

1. Речь идет о персонаже другой книжки С. Маршака и В. Лебедева - "Пудель" (1-е издание - Л., "Радуга", 1927).  ↑ 

2. Имеется в виду последний вариант иллюстраций - 1955 года.  ↑ 

Система Orphus
При использовании материалов обязательна
активная ссылка на сайт http://s-marshak.ru/
Яндекс.Метрика