Главная > Проза

Источник:

Маршак С. Собрание сочинений в 8 томах. Т. 6. -
М.: Художественная литература, 1971. С. 392-401.



С. Маршак

Дети-поэты

1

Недавно я слышал интересный маленький рассказ. Сочинила его семилетняя девочка, Таня Кротова. Вот он:

На море был остров. На острове сидела жаба. Пришел ослик. Ходил, ходил и жабу раздавил. Пришел лев. Ходил, ходил и ослика раздавил. Пришел слон. Ходил, ходил и льва раздавил. Пришел мамонт. Ходил, ходил и слона раздавил. И остался один. Ходил, ходил и целый остров раздавил. Не стало ни мамонта, ни острова. Одно море осталось.

Этот рассказ запоминается с первого раза, как стихи - так лаконична его форма.

У рассказа есть начало и конец (что не всегда бывает в произведениях взрослых писателей). Продолжать рассказ дальше - после того, как мамонт потопил остров и одно только море осталось, - немыслимо.

Когда читаешь детям книжки, написанные взрослыми, часто приходится присочинять к сказке или повести новый конец. А еще чаще ребенок сам придумывает окончание к рассказу. Это бывает в двух случаях: когда книжка кажется ребенку незаконченной или когда она кончается "грустно".

Ребенок спешит исправить автора. Заключение рассказа во что бы то ни стало должно быть оптимистическим!

Правда, история "про жабу и про мамонта" кончается гибелью всех действующих лиц и даже декорации (остров погибает), но вряд ли кто-нибудь пожалеет героев этого рассказа - жабу, ослика, льва, слона и мамонта. Все они упоминаются мельком и выведены только для того, чтобы можно было сравнить их силу и вес.

Путем таких сравнений (Кто больше? Кто сильнее?) ребенок познает мир.

Та же тема, но в гораздо более сложной и тонкой трактовке звучит в драматической поэме "Человек все победит". Поэму эту написал двенадцатилетний мальчик. Но о ней речь впереди.

Из стихотворений, сочиненных детьми, самым характерным для маленьких поэтов Советской страны я считаю следующее:

Челюскúнцы-дорогúнцы,
Как боялся я весны.
Как боялся я весны.
Зря боялся я весны:
Челюскúнцы-дорогúнцы,
Все равно вы спасены.

Существительного "дорогинцы" в русском языке до этих стихов не было. Слово это образовано от прилагательного "дорогой" и звучит очень ласково. Гораздо ласковее, чем "дорогой".

А "челюскинцы" - это участники нашей полярной экспедиции, высадившиеся с погибшего парохода "Челюскин" на льдину и спасенные летчиками - Героями Советского Союза.

Вся наша страна принимала участие в спасении челюскинцев, - начиная с ее правительства и кончая каждым отдельным рабочим, который срочно ремонтировал ледокол и снаряжал аэропланы, посланные на выручку героической экспедиции.

Наши дети - даже самые маленькие - тоже не были безучастны к судьбе челюскинцев.

Когда ребенок говорит, что он "боялся весны" (а ведь мы знаем, с каким нетерпением и с какой радостью все дети мира обычно ждут весны), это значит, что весна грозила ребенку каким-то личным горем.

Я уверен, что очень немногие профессиональные поэты могли бы отозваться на далекое от них событие такими горячими, такими непосредственными стихами.

Как прекрасен этот неожиданный переход от глубокого отчаяния к радости и торжеству в стихах маленького поэта:

Как боялся я весны...
Зря боялся я весны:
Челюскúнцы-дорогúнцы,
Все равно вы спасены!

В этих стихах чувствуется настоящий детский голос, искренний и звонкий.

2

Мне кажется, никогда и нигде нельзя было встретить среди ребят такого множества стихотворцев и прозаиков, как в нашей стране и в наше время.

Правда, и в пору моей юности в каждой гимназии был обязательно свой поэт, чаще всего самонадеянный рифмоплет, выступавший с декламацией на всех торжественных актах и вечерах.

Но такие поэты-лауреаты были украшением только классических гимназий и кадетских корпусов. В школе, где учились дети "простых" людей, - в городском училище и в сельской школе, - стихописанием занимались редко. Может, там и были никому не ведомые сочинители песен или частушек, но это было творчество устное, которое трудно поддается учету.

Сейчас вы не найдете класса без своих поэтов и прозаиков.

У нас нет больше ни гимназий, ни кадетских корпусов. Все дети учатся в "единой советской трудовой школе". И эта школа необыкновенно богата поэтическими дарованиями. На детский литературный конкурс, организованный Ленинградским советом, было представлено около 12 000 рукописей.

Чем объяснить такой урожай?

Мало сказать, что воздух революции рождает поэтов и героев.

Должны быть еще какие-то простые, конкретные причины. А их-то не так легко установить.

Может быть, это влияние наших обыкновенных школьных "стенгазет" с отчетами о лагерях и с шуточными стихами.

Может быть, это влияние радио, выездных концертов и спектаклей в колхозах и заводских клубах.

А вернее всего, расцвет школьной поэзии - прямое следствие того демократического объединения городских, окраинных и деревенских ребят, которое стало возможным только в советской школе.

У одних ребят в этой школе есть какие-то наследственные книжные навыки, у других еще жива традиция народной песни или частушки.

Я думаю, что это хорошее сочетание. Оно много обещает в будущем.

На одном из детских собраний я слышал, как читали свои стихи разными голосами и разным говором ленинградские, пригородные и деревенские, вологодские ребята.

Один из школьников, недавно приехавший из колхоза, читал такие стихи про старую русскую деревню:

Избенка наша маленька,
В ней сыро и темно,
Я не один у маменьки, -
Нас семеро былó.

Другой мальчик, из интеллигентской семьи, торжественно скандировал:

...И над вершиной Кара-Дага
Летают горные орлы,
И Чертов Палец, точно шпага,
Вонзен средь неба синевы.

Я слушал обоих и думал о том, как несовместимы были бы раньше, в годы моего детства, эта "избенка маленька" и "вершина Кара-Дага".

Не знаю, из всех ли ребят, которые сидели передо мной на собрании, выйдут настоящие поэты.

Но сейчас они учатся в какой-то новой поэтической школе, - в единой советской трудовой поэтической школе.

3

Мы все знаем, что наши школьные библиотеки еще не очень богаты. Ведь наша детская литература молода, как наша революция. Тем удивительнее видеть, что у нас есть ребята, рядовые советские школьники, которые сами находят пути к подлинным богатствам мировой культуры.

Мы еще не успели ввести их в права наследства, а они уже выбирают из большой литературы для себя то, что им нужно на сегодняшний день.

Им нужна героическая эпопея, нужна трагедия, нужна комедия нравов, философская лирика, баллада.

И нужно им все это потому, что их занимают серьезные, ответственные темы.

"Человек все победит" - так называется драма в шести частях, написанная школьником, которому двенадцать лет.

Тема не новая. Она легла в основу множества весьма холодных и дидактических аллегорий. Но автор шестиактовой драмы верит в эту тему всерьез, как верит в нее революция.

Поэтому у него возникают не схематические, а живые и причудливые образы - наивные, но зато величественные. "Действующие лица драмы": лев - царь; Парамона - царь Вестигмона и брат льва (необходимое примечание автора: "Вестигмон - дружественное льву царство"), тигр, слон, лиса, человек, жена человека, заяц - гонец из Вестигмона, звери, собаки.

Вот несколько стихов, показывающих, как говорят и ведут себя эти разнообразные действующие лица.

ДЕЙСТВИЕ ПЯТОЕ

Поляна, окруженная лесом. В скале - пещера, из которой
видна голова льва, лежащего там.

Лев

Хоть царь зверей я, но скрываюсь,
Хоть род мой знатен, но бегу;
От Человека я спасаюсь,
Вести войну с ним не могу.
Пусть я красив, громаден, мощен,
Пусть я свиреп, могуч, силен,
Пусть Человек так слаб, немощен,
Но ум зато имеет он.
И потому он побеждает
Зверей и все, что на пути,
И потому он сокрушает
Все, что не даст ему пройти.

С такими торжественными монологами выступают только главные герои драмы - лев и человек.

Лиса, как ей и подобает, говорит рассудительным и простым языком басни.

Лев
(озабоченно)

Но отчего твой мрачен взгляд?

Лиса

Он мрачен потому, что я не победила.

Лев

Проклятие! Но почему?

Лиса

Да потому,
Что там вкруг домика собачья стая,
Не помогла мне хитрость никакая.
Нельзя же к домику пройти,
Когда собаки на пути.

Героям вторит почти классический хор - остальные звери. Они жалуются льву на человека.

Палкой громовою
Множество зверей
В день он убивает
И еще грозит,
Что тебя убьет он,
Что с тебя сдерет он
Шкуру и продаст;
Кости ж с мясом даст
Острозубым псам.
Горе! Горе нам!

Даже по этим отрывкам можно сказать, какие литературные воздействия - прямые или косвенные - испытал двенадцатилетний драматург. Тут есть и отзвук гетевского "Рейнеке-Лиса", и, вероятно, влияние шекспировских трагедий.

Недавно я слышал, как на одном из библиотечных собраний один школьник 5 или 6 класса говорил другому почти таинственно: "Ты хочешь, я дам тебе "Отелло"? Вот интересная вещь. Я уже знаю, где ее достать".

Гете, Шекспир - мальчик выбрал себе хороших учителей. Вряд ли многие из наших взрослых поэтов могут похвастаться такими.

Чем же это объяснить? Как набрел двенадцатилетний школьник на первоклассные образцы поэзии? Случайно ли это? Нет, не случайно.

В стихах и прозе его сверстников и товарищей тоже чувствуется влияние крупнейших поэтов. Мы имеем в виду не то вредное, засушливое воздействие классики, которое приводило когда-то поэзию к убожеству, к эпигонству или стилизации. Нет, у ребят это влияние выражается в стремлении к торжественному и вескому слову, к строгому синтаксису, а главное - большой героической теме.

Именно она, большая тема, указывает двенадцатилетним ребятам дорогу к одам, трагедиям и философским стихам.

О чем эти ребята пишут?

Один о водном пути, прорезавшем массивы Карелии и соединившем два моря, - о Беломорском канале:

Теснились гор угрюмые громады,
Озера разливалися весной,
Потоками струились водопады
В Карелии - стране лесной...
В тот край нетронутый, в озера и болота.
Пустынные от века в век,
Пришел с машиною разведчиком работы
Решительный и смелый человек...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Ожили гор угрюмые громады,
Бараками долины поросли.
Ручьи гремучие, крутые водопады
В размеренные русла потекли.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Вчерашние вредители и срывщики работы -
Теперь строительства отважные борцы,
Защитники Страны Советов
И полноправные ее творцы.
Они - в числе ударников-героев
Страны озер, лесов и рек...
Гигантский водный путь построен
И крепко перекован человек.

(Мальчик 12-ти лет)

Другой школьник, его ровесник, пишет о штурме горных богатств Советского Севера. Его стихи, посвященные Хибинам, - это настоящая ода геологии и социалистическому строительству:

В далекой юности земли
Цветы кристаллов расцвели.
Эпохи там они лежали.
Теперь веселый молоток
Дробит блестящей сталью скалы,
Срывает за куском кусок...
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Бесстрашно прыгая по скалам,
Но штайгер впереди идет...
Грозя горам своим запалом,
Геолог свой маршрут ведет,
Глядит на каменные стены
Обрывов. Там читает он
Историю времен нетленных,
Архея сумрачных времен.

(Мальчик 12-ти лет)

Кажется, после поэта XVIII века Ломоносова у нас еще никто не писал таких пламенных од науке и природе.

Третий юный поэт, тоже ровесник предыдущих, пишет всего только о паровозе. Но послушайте эти стихи, и вам станет ясно, чего требует вся наша страна от всех своих паровозов, машинистов и кочегаров.

Паровоз, паровоз,
Силы в тебе сколько!
Ты везешь тыщи тонн,
Как не лопнешь только!
Ты идешь день и ночь.
И идешь ты быстро.
Нету друга у тебя
Лучше машиниста.
. . . . . . . . . . . . . . . . . .
Впереди откос
И на рельсах балки,
Стой, стой, паровоз,
Коль не хочешь свалки!
Опозданья целый час -
Разве это можно?
Полетишь вперед сейчас
Ты, гудя тревожно.
. . . . . . . . . . . . . . . . . .
И в Москву ты прилетел,
Обливаясь паром,
С машинистом удалым,
С черным кочегаром.

Может явиться мысль, что все эти маленькие поэты учатся в одной какой-нибудь исключительной школе, где умный, очень культурный словесник воспитывает ребят на строго подобранных образцах. Но это совсем не так. Стихи, которые я цитирую, присланы учениками самых разнообразных школ города и области на конкурс, устроенный Ленинградсоветом.

Достаточно просмотреть все листки и тетради, исписанные детским почерком, чтобы убедиться в том, что авторы стихов и прозы - вовсе не воспитанники Петербургского аристократического лицея прежних времен, а самые настоящие советские ребята.

Они растут вовсе не в какой-то особой теплице, а в обычной школе, где рядом с сыном профессора и инженера учится сын рабочего и крестьянина.

Я спросил у одного из мальчиков, который собрал редкую коллекцию горных пород, что увлекает его в этом коллекционировании. Он мне ответил:

- Я все время изучаю землю снаружи и внутри.

- Почему ты заинтересовался этим делом?

- Я прочел когда-то путешествие "К центру земли" Жюля Верна.

- А чем занимается твой отец?

- Кочегар. Работает на "Красном Гвоздильщике".

Эти ребята роются на полках детских библиотек в поисках утоляющей книги.

Они учатся у классиков, но они вовсе не изолированы и от современной советской поэзии.

Из всех песен они больше всего любят партизанскую песню, которую сейчас поют красноармейцы.

По долинам и по взгорьям
Шла дивизия вперед,
Чтобы с бою взять Приморье,
Белой армии оплот.

Они бережно хранят в памяти детские стихи, которые читали еще до школы.

Среди длинных и торжественных стихов попадаются такие:

Бортмеханик
И пилот
Быстро входят
В самолет.
. . . . . . . . . .
Завертелся
Винт мотора,
Затрещал он
Скоро-скоро.
Быстро двинулся
На взлет
По площадке
Самолет.
Набирая
Быстроту,
Поднимаясь
В высоту.
Алюминиевые
Птицы
СССР
Хранят границы.

(Мальчик 11-ти лет)

В этих стихах, несомненно, сказалось влияние нашей советской поэзии для детей. Тут есть и словесная скупость (почти одни глаголы и существительные), и ритмическая четкость, и тема движения, очень характерная для тех наших поэтов, которые пишут стихи для маленьких читателей.

Но все то, что ребята берут от современной поэзии, и взрослой и детской, они как бы устанавливают на прочном постаменте классического стиля, если понимать этот стиль в самом широком смысле, включая сюда и большую, значительную тему, и строгую, чистую форму.

Это радостное и замечательное явление.

Значит, правда, что у нас уже создается большая и самая демократическая из всех культур, если даже первая прививка, первые годы всеобщей грамотности дают такие ростки.



Примечания

Дети-поэты. - Полностью публикуется впервые.

Главка 3 (в первоначальной редакции) входила в статью "Замечательное явление", напечатанную в газете "Правда", 1934, № 120, 1 мая, главки 2 и 3 - в статью "Единая поэтическая школа", напечатанную в журнале "Резец", 1934, № 10, май. В переработанном и дополненном виде статья была подготовлена в феврале 1935 года для предполагавшегося к изданию сборника, посвященного детскому творчеству. Позднее С.Я. Маршак написал книгу "Дети и искусство СССР", изданную в Москве на английском языке в 1939 году ("Children and Art in the USSR" by S. Marshak, Moscow, 1939). В архиве С. Маршака хранится его письмо к редактору книги.

Детскому творчеству С.Я. уделял много времени и сил. В 1934 году по его инициативе и при поддержке С. М. Кирова в Ленинграде был проведен конкурс детского творчества и открыт клуб-студия под названием "Дом детской литературы" - ДДЛ. С литературно одаренными ребятами, кроме С.Я. Маршака, вели занятия Т.Г. Габбе, З.М. Задунайская, А.И. Любарская. Маршак привозил к ребятам "бывалых людей", выдающихся ученых, литераторов, политических деятелей, стремился дать одаренным ребятам как можно более широкие представления о мире. "И, может быть, этим своим неистощимым любопытством ко всем проявлениям человеческой деятельности Маршак, - вспоминает один из воспитанников ДДЛ А. Гольдберг, - давал нам самый главный пример того, как надо учиться жизни и воспринимать жизнь" (А. Гольдберг, Дом на Исаакиевской площади. - Журнал "Нева", 1967, № 12, стр. 175).

Печатается по машинописному автографу с авторской правкой.

При использовании материалов обязательна
активная ссылка на сайт http://s-marshak.ru/