Главная > Родные и близкие > И.Я. Маршак > Б. Ляпунов. М. Ильин

Источник:

Б. Ляпунов. М. Ильин. Государственное
Издательство Детской Литературы Министерства
Просвещения РСФСР, М., 1955. 80 стр.

Б. Ляпунов

М. Ильин
Критико-биографический очерк

Часть 9

Ильин, мастер научно-художественного жанра, был вместе с тем его страстным поборником и пропагандистом. Новое рождается в борьбе с трудностями. Литература о науке, по образному выражению Ильина, похожа на мичуринское плодовое дерево, выведенное методом "ментора", воспитания: она берет многое и от художественной литературы и от науки.

Ильин уделял значительное внимание разработке вопросов истории и теории научно-художественного жанра. Его перу принадлежит целый ряд статей, посвященных этим вопросам, обзоров и рецензий. С трибуны совещаний по детской литературе он отстаивал основные принципы создания произведений, вводящих читателя в "чудесный мир науки".

Исходя из положений, высказанных Белинским, Герценом, Чернышевским, Добролюбовым, Писаревым, Горьким, Ильин формулирует задачи научно-художественной литературы и пути их решения, на конкретных примерах показывает, как нужно вести "разговор о науке".

Белинский определил научно-художественные произведения как такие, которые, трактуя о понятиях ученых, тем не менее "составляют собою предмет живого общего интереса и требуют для своего выражения более или менее художественной формы". Это определение справедливо и теперь. Горький отмечал, что "в нашей литературе не должно быть резкого различия между художественной и научно-популярной книгой", и говорил о широчайших перспективах "образного научно-художественного мышления".

В литературе как прошлого, так и настоящего можно найти немало книг такого типа, которые имел в виду Горький.

"Науке и литературе, - писал М. Ильин в статье "Литература и наука", - старт был дан одновременно". И действительно, научно-художественная литература своими корнями уходит вглубь веков. Среди сочинений древних ученых мы найдем целый ряд таких, которые являются "учеными по своему содержанию, в то же время... изящными... по искусству их концепции и изложения" (В. Белинский), как, скажем, поэма Лукреция Кара "О природе вещей" или сочинения древнего историка Геродота.

Немало подобных произведений, вошедших в историю мировой культуры, создано виднейшими учеными и писателями и в более позднее время.

В качестве ближайших предшественников современной научно-художественной литературы можно назвать такие книги, как "История свечи" Фарадея, "Жизнь животных" Брема, сочинения по астрономии Фламмариона и многие другие.

Русская научно-художественная литература для детей ведет свою родословную от сочинений выдающихся русских просветителей XVIII века - М. Ломоносова, писавшего научные сказки для детей, слагавшего в честь природы и науки стихи и торжественные оды, А. Новикова, издававшего журнал "Детское чтение для сердца и разума", от книги А. Болотова "Детская философия".

Дальнейшее развитие русской научно-художественной литературы для детей непосредственно связано с такими именами, как Белинский, Герцен, Чернышевский, Добролюбов, Тимирязев.

Советская научно-художественная литература для детей, которая начала бурно развиваться с первых же лет советской власти, впитала в себя все лучшее, что было достигнуто до нее в прошлом как в России, так и за ее пределами.

В то же время она рождалась в борьбе с псевдохудожественной и псевдонаучной буржуазной литературой, которая в изобилии досталась нам в наследство от ближайшего дореволюционного прошлого.

М. Ильин был одним из тех, кто начал эту борьбу, кто делом отвечал на призыв Коммунистической партии нести в широкие массы знание.

Вместе с такими популярными среди советской детворы писателями, как Б. Житков, В. Бланки, М. Пришвин, К. Паустовский, М. Ильин закладывал основы советской научно-художественной литературы для детей - литературы, качественно отличной от всего того, что было создано ранее.

Новое качество советской детской научно-художественной литературы обусловливалось в первую очередь новым качеством советской науки, прочно становившейся на позиции марксистского диалектического метода, новым качеством читателя - рабочих и крестьянских детей, перед которыми широко раскрылись двери науки, и, наконец, новизною воспитательных задач - задач коммунистического воспитания.

С каждым годом на книжных полках советского читателя-ребенка появляются все новые и новые произведения о науке и технике.

Академик Ферсман пишет "Занимательную геохимию" и "Занимательную минералогию", занимательные не по одному лишь названию, а по всему изложению - материалу, стилю, построению. В. Орлов в Книге "О смелой мысли" рассказывает о путях совершенствования светильников, от дуги, открытой русским физиком академиком В. Петровым, до газосветных ламп советского физика академика С.И. Вавилова. В другой своей книге - "Разящие лучи" - В. Орлов описывает историю прожектора. Ильин писал об этой книге, что она держит внимание читателя цепко, как "лучи прожекторов - самолет".

И. Нечаев в "Рассказах об элементах" увлекательно повествует об "охоте" за элементами, вводя читателя в лабораторию ученого, делая его как бы соучастником открытия. Автору удалось ярко, интересно показать ход творческой мысли, преодоление трудностей, радость побед, дать почувствовать романтику научного подвига. Это не просто изложение известных в истории науки фактов, а новеллы, в которых есть и напряженный сюжет - судьба открытия, и богатый познавательный материал из области химии и физики, и проникновение в суть творчества ученого.

В. Сафонов в книге "Земля в цвету" рисует картины "великой битвы" за переделку растений, портреты ученых-новаторов. О мичуринской биологии пишет Г. Фиш. Л. Гумилевский в своих книгах знакомит с историей ряда отраслей техники. В. Захарченко в книге "Путешествие в завтра" рассказывает о техническом прогрессе будущего. Широкое красочное полотно изображает Н. Михайлов в книге "Над картой Родины", показывая "живую географию" страны.

Разные это книги, у каждой из них свои особенности, но всем им присуще то, что авторы ведут увлекательную беседу с читателем, что они неравнодушны к материалу, "переплавленному в огне искусства", и потому их произведения эмоциональны и интересны.

В нашей стране, где наука служит народу, потребность в такого рода книгах чрезвычайно велика.

Они увлекают читателя поэзией науки и техники, не только обогащают запас его знаний, но и учат творчески мыслить, раскрывают перед ним новый мир, в котором он живет, но о котором зачастую мало знает.

Обобщая опыт работы многих художников слова, популяризаторов научно-технической мысли, М. Ильин пытался определить требования, которым должна удовлетворять научно-художественная книга.

В статье "Опыт ученого и мастерство писателя" М. Ильин рассматривает книгу Фарадея "История свечи" в качестве поучительного примера для советских популяризаторов и отмечает ее характерные черты: эмоциональность, непринужденность, искренность, простоту - то, что можно объединить одним словом: художественность. Именно искусству присущи эти черты эмоциональности, страстности, изящной простоты. Фарадей - рассказчик со своим, индивидуальным отношением к предмету, и он не скрывает этого. Отсюда и непринужденный тон рассказа.

В другой статье М. Ильин, высоко оценивая Ферсмана как "ученого и поэта в одно и то же время", определяет одно из основных качеств научно-художественной литературы - поэтическое восприятие мира. Он считал, что "книга о науке должна быть яркой, живой книгой - такой же интересной, как наука, о которой она рассказывает... Увлечь читателя! Подвести его к науке и показать: "Смотри, как она интересна, тебе стоит ею заняться".

Эта на первый взгляд очевидная истина имеет весьма большое значение, в особенности для детской познавательной книги. Такая книга - не учебник, не обязательное чтение, а "союзница учебника". Нельзя забывать, что перед автором-популяризатором не студенты, слушающие обязательный курс, и потому заинтересовать читателя, дать ему почувствовать романтику науки, передать пафос путешествия в неизведанное, каким является научное творчество, - первая обязанность писателя, создающего научно-художественную книгу. А увлечь нельзя, если сам не увлечешься, если не живость, а скука господствует в книге, если она написана без страсти, без "огонька", если не присутствует в ней авторское "я", окрашивающее все изложение своим, неповторимым колоритом. Отсюда вторая задача: "...Читатель должен получить не бледный рассказ, не перевод с языка науки на общедоступный язык, а самостоятельное, оригинальное по теме и по исполнению произведение", "...скучных наук не существует, - подчеркивал Ильин. - Бывает, как говорил Герцен, скучное изложение... Наука увлекательна сама по себе. Оттого-то люди науки и отдают ей всю жизнь. Но надо уметь передать это увлечение".

Образу в научно-художественной книге принадлежит огромная роль. Он помогает мысли, мобилизует воображение читателя. Образ встречается и в научном труде, когда ученый хочет подкрепить или проиллюстрировать мысль зрительным, наглядным представлением. Когда же науку необходимо сделать доступной для многих, роль и значение образа неизмеримо возрастают. На ряде примеров из книг других авторов, работающих в научно-художественном жанре, Ильин показывает, как образы помогают лучше понять сложные вопросы науки, и техники "без простоты упрощения, без вульгаризации".

Владение "высокой словесной техникой" требует постоянной работы над языком, над стилем. Простота, ясность, отчетливость выражения должны быть присущи книгам о науке. Мысль и слово помогают друг другу. Но в то же время - и это особенно подчеркивал Ильин - нельзя превращать такие книги в "легкое", "развлекательное" чтение. "Пусть читатель работает, пусть он вместе с автором или вместе с героем книги решает задачи, раскрывает ларчики, которые только тогда просто раскрываются, когда разгадаешь их секрет. Чем труднее книга в этом смысле, тем она лучше".

Задача сделать изложение не только простым и доступным, но и увлекательным вызывает необходимость, помимо строго продуманной композиции, логики в построении материала, еще и разнообразия выразительных средств, широкого использования богатств русского языка. Ильин боролся против стандарта, против обезличения, неизбежно приводящего к появлению унылых, бледных книг, безнадежно скучных, в которых интересные мысли и факты облечены в поразительно неинтересную форму. Частое повторение одних и тех же академически-канцелярских оборотов, не всегда уместных даже в научном труде и совершенно излишних в популярной книге; тяжелые фразы, далекие от живой разговорной речи, с однообразными переходами, напоминающими "стандартную вагонную сцепку"; скудость словаря - все это в совокупности и есть признаки серости некоторых популярных книг.

Борясь с нею, Ильин в то же время предостерегал от дешевого украшательства: оно не может скрыть равнодушия автора, и читатель это поймет. Ходульные, похожие на стертую монету образы, неумеренно употребляемые многоточия, восклицательные знаки, кавычки, жаргонные словечки, налет развязности не могут служить подлинным украшением стиля, методом придания художественности, а лишь свидетельствуют о плохом вкусе.

Важнейшим условием создания увлекательной книги о науке является умение найти внутренний сюжет, построить произведение так, чтобы оно держало читателя в напряжении.

"Простым перечислением вещей и фактов, - писал Ильин, - читателя не увлечешь. Нужно, чтобы события построились в сюжет, чтобы между фактами обнаружилась новая неожиданная связь, чтобы в обычном открылось вдруг необычное, а таинственное и непонятное оказалось знакомым и ясным.

Человеку всегда интересно, когда он видит новое в том, что видел не раз, или узнает старое в том, чего не видал никогда.

Сближение далеких вещей и далеких идей не может не приковать к себе внимание читателя".

Например, в книгах В. Орлова "Рассказы о неуловимом" и "О смелой мысли" мы читаем о явлениях, которые, казалось бы, хорошо известны из повседневной жизни, - тень, дым, искры, пузыри, солнечные зайчики, пыль, эхо, - предстают перед нами в новом свете. Автор объединяет их заголовком: "Большое в малом", подчеркивая тем самым, что эти, казалось бы, мимолетные, ничтожные явления на самом деле играют заметную роль в нашей жизни. Эта роль раскрыта в форме занимательных рассказов, содержащих разнообразный познавательный материал.

В книгах Ферсмана, Вавилова можно найти примеры сближения далеких, на первый взгляд, вещей, неожиданных сопоставлений, которые помогают глубже проникнуть в суть явлений, представить их по-новому - более отчетливо, более ярко.

Особенности научно-художественного жанра позволяют расширить возможности популяризации, создать произведения с широкими обобщениями, необычными для рядовой популярной книги. Ильин приводит в качестве примера книгу Н.Н. Михайлова "Над картой Родины", смело сопоставляющего отдельные детали, взятые из разделенных тысячами километров мест страны, и рисующего смелыми мазками "всеобщий" пейзаж великой Родины. Такие сопоставления не встретишь в учебнике географии!

Для того чтобы рисовать подобные картины, надо обладать воображением художника, мастерством писателя, надо владеть материалом в такой степени, чтобы свободно им оперировать, привлекая не одну науку, а целую семью наук. Поэтому, подчеркивал Ильин, писатель должен быть в определенной степени исследователем, должен уметь обобщать, анализировать и синтезировать, а это - необходимый элемент всякого исследования. Ученый же должен стремиться говорить живо и образно, быть писателем.

М. Горький в свое время высказал мысль, что "книга о достижениях науки и техники должна давать не только конечные результаты человеческой мысли и опыта, но вводить читателя в самый процесс исследовательской работы, показывая постепенное преодоление трудностей и поиски верного метода".

М. Ильин считал это одним из важнейших требований к научно-художественной книге. Он стремился выполнять его в собственном творчестве и высоко ценил те книги других авторов, в которых, "преодолевая препятствия, которые уже были когда-то преодолены, читатель и сам учится ходить по трудным путям науки". Так, М. Ильин высоко ценил книгу Б. Житкова "Рассказы о технике" - художественное изложение истории полиграфии, электрического освещения, телеграфа, радио.

М. Ильин считал важным, чтобы научно-художественная книга открывала перед читателем не только мир прошлого или настоящего, но и мир будущего. По убеждению Ильина, научная фантастика закономерна в книге о науке и технике.


Советская научно-художественная литература, несмотря на свою молодость, имеет определенные достижения и заслужила признание народа. Лучшей оценкой роли этой литературы как средства пропаганды передовой науки и коммунистического воспитания масс является присуждение высокой награды - Сталинских премий - авторам научно-художественных книг: Н. Михайлову, В. Сафонову, Л. Морозову, О. Писаржевскому и другим. Конкурсы на лучшую научно-художественную и научно-популярную книгу для детей выявляют новых авторов, способных работать в этом жанре. Лучшее свидетельство того, что такие книги находят путь к разуму и чувству читателей, - библиотечные формуляры, многочисленные читательские письма. Среди писем бывает немало таких, которые заканчиваются вопросом: куда поступить учиться, чтобы потом работать в той или иной области знания?

Среди этих книг, пользующихся (или пользовавшихся в недалеком прошлом) успехом у массового читателя, почетное место занимают книги М. Ильина, созданные им одним или в соавторстве с Е.А. Сегал.

М. Ильин ясно понимал, как велико значение научно-художественной литературы и как широки ее возможности. Он писал: "…уже и сейчас ясно, как велики задачи и возможности советской научно-художественной литературы. Развиваясь, она будет все больше вовлекать в литературу интереснейший материал науки, а науку делать все более доступной народу... Она обогатит знаниями писателей и поможет людям науки научиться говорить о сложных вещах так, чтобы их понимали даже дети".

М. Ильин был полон творческих планов, он предполагал написать еще о многих интересных вопросах науки и техники. Среди тем будущих книг, над которыми писатель хотел работать, - "Отчего мост провалился" (о сопротивлении материалов), "Фабрика будущего", "Химическая охота", "Восстание атомов" (научно-фантастическая повесть) и др. М. Горький считал, что работа ученых в первые послереволюционные годы, в тяжелейших условиях, может стать темой "потрясающей книги". Именно на эту тему хотел написать книгу М. Ильин (о плане ГОЭЛРО). Он интересовался грандиозной проблемой межпланетных путешествий и собирался написать об идеях основоположника звездоплавания - К.Э. Циолковского, об увлекательных перспективах освоения мирового пространства.

За 35 лет в СССР вышло 269 изданий книг Ильина и их переводов общим тиражом почти в полмиллиарда экземпляров на сорока четырех языках. "Рассказ о великом плане" выдержал у нас шесть изданий, "Солнце на столе" - семь, "Сто тысяч почему" - шесть, "Черным по белому" - семь. Произведения Ильина переведены на языки стран народной демократии и капиталистических стран - Англии, Франции, США, Южной Америки, Австралии, Швеции. Так, например, "Рассказ о великом плане" был издан на девяти иностранных языках, "Горы и люди" - на тринадцати, "Сто тысяч почему" - на десяти, "Черным по белому" - на одиннадцати, "Как человек стал великаном" - на шести.

Книги Ильина находили широкий отклик у читателей и в нашей стране и за рубежом. Отзывы о них приходили из разных стран мира - Франции, Англии, Соединенных Штатов Америки, Китая, Германии и др. Писали рядовые читатели, критики, писатели, поэты. Рецензии помещались в многочисленных газетах и журналах.

Французский журнал "Леттр франсез" писал, например, в 1946 году о творчестве Ильина: "Поэт, который пишет только в прозе, но чьи рассказы наполнены поэзией, свежей и живой... Карта оживает под руками Ильина, мир представляется в непрерывном движении. Чудо? Волшебство? Нет. Наука. И поэзия одновременно!.." Поэт Поль Элюар отмечал в бюллетене "Франция-СССР": "Это стремление (стремление людей победить время. - Б.Л.) никто из поэтов не сумел выразить настолько просто, как поэт пятилетних планов - Ильин... Ильин с жаром показывает как наглядный урок полезные чудеса, их настоящее и будущее".

Ромэн Роллан изучал русский язык по книге "Рассказ о великом плане". Он писал Ильину: "Я очень доволен тем, что Вам передали о той радости, которую мне доставило чтение Вашей книги. Не существует более увлекательного рассказа для детей (больших и маленьких). Если бы я прочел ее, когда был мальчишкой, она заменила бы мне Майн-Ридов и Жюль-Вернов..." Эти слова перекликаются со словами Горького, писавшего в 1930 году Ильину: "...Очень радует меня успех "Рассказа о великом плане", - огромное значение имеет этот успех!"

"Ваша новая книга "Горы и люди", - писал Роллан, - ...меня привела в еще больший восторг, чем предыдущая книга".

Значение творчества Ильина отметила в некрологах прогрессивная печать ряда стран мира.

Творчество Ильина имеет безусловно важнейшее значение для развития нашей научно-художественной литературы, являющейся частью всей советской литературы.

Ильин выступил как новатор, его творчество наметило пути создания популярной книги о науке, не только познавательной, но и поэтичной, не просто популярной, но и художественной. Книги М. Ильина знакомят юных читателей с достижениями науки, историей культуры, с перспективами преобразования природы нашей страны и строительством, развернувшимся по планам и под руководством Коммунистической партии. Они учат находить взаимосвязь в явлениях природы, сознательно подходить к проблемам науки и техники, быть не пассивным наблюдателем, а активным путешественником по дорогам науки. Они прививают уважение и любовь к человеческому труду, к человеку-творцу, к народу-строителю.

Ильин взял на себя трудную миссию, он поставил перед собой благородную цель. Писателю не удалось осуществить все свои творческие замыслы, но он не был одинок, и дело, которому он посвятил свою жизнь, продолжает успешно развиваться. Растет и крепнет советская научно-художественная литература, столь нужная и созвучная нашей эпохе, когда наука вошла в жизнь народа и без нее немыслимо движение вперед, к коммунизму.

Система Orphus
При использовании материалов обязательна
активная ссылка на сайт http://s-marshak.ru/
Яндекс.Метрика